Я нередко замечаю, что многие люди полностью или частично принимают затрагиваемые в "Розе Мира" идеи, но не могут одолеть самой книги. Мысль об изложении отдельных глав и концепций Розы мира более простым, а лучше сказать, более общепринятым языком, приходила мне в голову не один раз, и если что-то останавливало, то недостаток личного опыта, боязнь исказить концепции Даниила Андреева.

И пока такие книги, может быть, и нужные, остаются делом будущего, хочется сказать о том, что для меня лично в "Розе" является главным, без чего она для меня немыслима.

Есть книга, и есть Идея. Чувствующий саму Идею сможет разобраться в книге без труда, – возможно, он не примет для себя что-то из деталей, но он возьмет главное. Что же эта за идея, в чем она? Почему она так настойчиво и упрямо завет меня уже не один год и не два, а уже около десяти лет? Почему она начала звать меня еще до прочтения книги "Роза Мира", до знакомства с лестницами ошеломляющих миров, до описания головокружительных перспектив человеческого духа, открытыми для нас Даниилом?

В действительности я не уверен, что если бы меня попросили коротко и четко сформулировать, что главное в "Розе", то я смог бы ответить на это вопрос. Что действительно самое главное? То, что в одну из мрачнейших эпох в истории человечества, в сталинских застенках человек не побоялся написать книгу о будущем счастливом веке, который кардинально изменит наш, земной мир? Что особую роль сыграет в этом Россия – страна, в которой мы с вами живем? Страна, которая, несмотря на все трудности и извилины своего исторического пути, и по сегодняшний день таит в себе колоссальные скрытые возможности человеческого духа. Страна, которая в скором, обозримом будущем, если будет на то воля свыше, явит миру новый тип духовности, позволяющий без конфликтов и глобальных потрясений объединить мировые религии.

Объединить религии! После знакомства с великими религиями Востока живая потребность объединить их с религиями Запада была хорошо знакома мне лично. Запад и Восток – два края, два взгляда на жизнь, два образа бытия. И как я страдал оттого, что между двумя этими взглядами сегодня лежит пропасть, и нет мостов!

И если объединение религий внутри своего сердца заняло многие годы и потребовало долгой внутренней работы, духовного опыта, долгих размышлений, то какой невозможной казалась в начале задача их объединения в реальности!

Однако что-то упрямо говорило мне, что эта задача не иллюзорна, что она просто ждет своего часа. Ждет людей, которые не побоялись бы взяться за нее, несмотря на трудности пути. Если бы она была легкой, то, в конце концов, она не была бы столь интересной!

Нет – я не хочу сказать, что смог бы взяться за подобное в одиночку. Один – в поле не воин. Одного человека мало для объединения религий. Но даже в самом начале, еще будучи совсем один, и только прикоснувшись к этому, я с жадностью внимал словам Андреева:

"Пусть христианин вступает в буддийский храм с трепетом и благоговением: тысячи лет народы Востока, отделённые от очагов христианства пустынями и горными громадами, постигали через мудрость своих учителей истину о других краях мира горнего.

Пусть мусульманин входит в индуистский храм с мирным, чистым и строгим чувством: не ложные боги взирают на него здесь, но условные образы великих духов, которых поняли и страстно полюбили народы Индии и свидетельство о которых следует принимать другим народам с радостью и доверием." ("Роза Мира")

Чтобы говорить о религиях так, нужно было иметь особую уверенность, особое прозрение. И оно было у автора "Розы мира". Почти в самом начале книги Даниил резко разграничил "земные" варианты мировых религий от их небесных идеалов. Земные варианты искажены, замутнены многовековыми привнесениями человеческого сознания. Ни одна религия на земле не является полностью истинной, как ни одна не является и полностью ложной. Однако по полноте истины религии могут различаться. И среди других религий нашего мира есть пять особенных, которым соответствуют высочайшие миры, виденные Андреевым как светящиеся хрустальные пирамиды необыкновенной красоты.

Андреев называет эти великие религий, – это иудаизм, христианство, зороастризм, индуизм, буддизм. Нетрудно заметить, что религии эти получили в нашем мире неодинаковое развитие. Мировыми, в нашем, земном смысле стали только две из пяти – буддизм и христианство. Остальные также имели шанс стать мировыми, и главное, что помешало этому, - неспособность выйти за национальные границы, вера в избранность своего народа. Вообще, чувство национальной исключительности мешает духовному развитию, как ничто другое, и это относится и к отдельным людям, и к нациям.

Большинство религиозных войн, раздоров, противоречий, было обусловлено причинами, крайне далекими от религии. Примешивалась политика, борьба за сферы влияния, мировые ресурсы, борьба философских и национальных идей. О раздорах между христианскими конфессиями Александр Мень сказал однажды так: "Вообще все разделения Церквей, которые были в истории, – это плод не веры, а все той же злосчастной ксенофобии, стремления унифицировать, нивелировать человеческую культуру и жизнь".

Небесные варианты религий никогда не могли противоречить друг другу. Известна мысль "перегородки между религиями не доходят до неба". Известна – но и по сей день не принимается многими.
Желание видеть свою религию исключительно истиной, а себя самого – живым носителем этой истины и по сегодняшней день сильно в человеке.

Христианство взяло много черт другой более древней религии –Ветхого Завета. При этом христианство не смогло полностью уберечь себя и от повторения ошибок ветхозаветной религии.

Главная истина Ветхого Завета – откровение о Боге-Отце, – осталась в христианстве без изменений. Ветхий Завет говорит о Личном и Живом Боге, но этот Бог представляется то любящим Отцом, то грозным, безжалостным судией. Новый Завет открывает перед нами другого Бога: "Бог есть свет, и нет в нем никакой тьмы" (1-е Иоанна, 1 : 5). Но даже в новозаветную эпоху Бог многим представлялся карающим и жестоким.

Многие предпочитали и предпочитают любви страх, и отношения, основанные на рабском подчинении, кажутся им более надежными, чем отношения, основанные на взаимном доверии. На словах они конечно поддерживают истину "Кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь", но на деле думают совсем о другом. А между тем Богу не нужны рабы, Ему нужны свободные, доверяющие друзья: "Я уже не называю вас рабами, ибо раб не знает, что делает господин его; но я назвал вас друзьями, потому что сказал вам все, что слышал от Отца Моего" (Евангелие от Иоанна, 15 : 15).

"От Бога только спасение. От Него только радость. От Него только благодать."
(Даниил Андреев, "Роза Мира")

Многие трудности приходится преодолеть человеку, чтобы принять Бога вот так. Первым справедливо возникает вопрос - откуда в мире столько зла – разве Бог не всемогущ, чтобы прекратить это?

И Андреев отвечает на этот вопрос несколько парадоксально и на удивление решительно – не всемогущ!

Однако не будем спешить обвинить Андреева в том, что он сомневается в силах Творца – Даниил говорит о добровольном самоотречении Бога от власти постоянно вмешиваться в ход мировой истории. Вместо этого вмешательства Бог предоставляет свободу всем силам, влияющим на исторический процесс, как в нашем мире, так и в других мирах:

"Таким образом, божественное творчество само ограничивает Творца, оно определяет Его могущество той чертой, за которой лежат свободы и могущества Его творений. Но свобода потому и свобода, что она заключает возможность различных выборов. И в бытии многих … она определилась их отрицательным выбором, их утверждением только себя их богоотступничеством. Отсюда то, что мы называем злом мира, отсюда страдание, отсюда жестокосердные законы и отсюда же то, что эти зло и страдание могут быть преодолены." (Даниил Андреев, "Роза Мира")

В религиозной философии можно встретить такое понятие, как теодицея – "оправдание Бога". Оно сводится к ответу на вопрос - "как может существовать в мире зло, если Бог благ?". Многие верующие философы отвечали на этот вопрос по-своему . И, каждый из нас, проходя по пути обретения веры, рано или поздно находит на него ответ. Для меня же в данном случае важна не философская изощренность построений, а его вера в то, что Бог благ. Эту веру Андреев называет главной заповедью метаисторика. "Ты благ, и благ Твой промысел, темное и жестокое – не от Тебя" ("Роза Мира").

В мире достаточно боли и страдания. Более того, боль и страдание не исчерпываются нашим миром, они проникли во множество миров. Говоря о зле и жестокосердных законах, Даниил Андреев имеет в виду и закон посмертного воздаяния, известный на Востоке как закон кармы. Попадание в миры страданий, называемых Андреевым мирами возмездия, является механическим действием закона кармы. Этот закон не создан Богом в том виде, в котором существует сейчас – нынешнее состояние дел – результат долгой борьбы сил добра и зла.

Но все же действие сил зла не бесконечно, и из миров возмездия есть выход. Убеждение о том, что за совершенные при жизни грехи люди будут вечно страдать в аду, не согласуется с требованиями справедливости. О несоразмерности наказания в данном случае замывались многие великие умы человечества. Не исключение – и русские религиозные философы, например, Николай Онуфриевич Лосский. Если Бог благ, то рано или поздно Он найдет способ спасти всех людей, даже из ада. Ступенькой к пониманию этого является католическое учение о чистилище.

Учение апокастазиса (всеобщего спасения, включая и демонов) возникло задолго до Розы мира. Это учение неразрывно связано с верой в полную и всеобщую победу добра, которая немыслима без спасения всех существ во Вселенной. Вряд ли нужны логические аргументы, которые убеждали бы в правильности этой идеи. Достаточно интуитивно почувствовать, насколько такой взгляд более соответствует идее о Благом Боге и Спасителе-Христе. А тем, кому привычнее верить в Бога Наказующего можно оставить их веру в вечные страдания в аду.

Полно 
      блуждать 
              среди трех сосен,
Вламываться в открытую дверь.
Бог абсолютно благ! светоносен!
А не всемогущ.
               Верь!
			   
Верь – и забудь "царя на престоле
В грозные высотах". 
                  Он – святей;
Сам очертил Свою власть и волю
Волей свободных
               Божьих
                      детей.
					  
         ......
		  
Наземь открытою полночью лягте,
Духом вникайте 
              глубже, чем взор:
Грохот разваливающихся галактик
Вам приоткроет 
              звездный простор.
			  
Это - миры, где трон Люцифера
Выше пресветлой свободы встал,
Где громоздит 
             блудница-химера
Жертвы на жертвы:
                 свой пьедестал...
				 
Но посмотри: спираль Андромеды
Освободилась
            от несовершенств:
Там поднимаются рати победы
По ступеням высот и блаженств,

И титанические брамфатуры
Просветлевая до самого дна,
Клиры Канопуса,
                  хоры Арктура
Блещут как мировая весна...

Если созрел в тебе дух высокий,
Если не дремлет совесть твоя,
Сдвинь своим праведным выбором сроки
             Мук бытия.
			 
(Даниил Андреев)

Мы живем в непростом мире, да к тому же еще и в непростое время.

То, что происходит сейчас в России, будет во многом определять следующие десятилетия, а может, и столетия. Поэтому и так важно не ошибиться сейчас на своем пути.

Удачи Вам!